Мигранты в России: преступники или жертвы?

Большинство из нас при слове мигрант представляют себе неопрятного таджика в оранжевом дорожном жилете с метлой наперевес. Или плохо выбритого водителя маршрутки, который с трудом объясняется по-русски.

Сегодня мы поговорим о мигрантах.  Кто они преступники или жертвы?! И можно ли жить без них.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

В этом посте я хочу поговорить о других мигрантах. Вынужденных. Мигрантах поневоле. Тех, кто оказался чужим везде – и в родной стране, и в России.

Есть у меня знакомая, назовём её Лизой. Лизе не повезло родиться в начале 80-х в Молдавии. Отец – молдаванин. Мама – русская, из приезжих. Прислали работать по распределению на местный завод. Семья была абсолютно русскоязычная.  Лиза умудрилась вырасти и так не научиться разговаривать на молдавском языке. Да и необходимости особой не было.

Всё шло прекрасно до тех пор, пока внезапно не развалился Советский Союз. Лиза хорошо помнит толпы разгневанных людей в телевизоре, которые скандировали: «Молдавия для молдаван!» и «Русские – чемодан-вокзал-Россия!».

 

-Мама, а я кто? – спросила Лиза. – Мне тоже – чемодан? Или я могу остаться здесь?

-Не знаю, доченька, — ответила мама.

 

Тогда в Молдавии началась гражданская война. Она почти не коснулась лизиной семьи. Но как-то ночью через город проезжали БТРы и грузовики с ополченцами. Было очень страшно.

Сначала мама хотела последовать призывам разгневанных людей из телевизора и собрать чемодан. Но времена наступили бедные и голодные. Деньги из семьи исчезли. И потом, думала мама, а вдруг люди опомнятся и всё наладится? Жили же до этого и не тужили.

Лиза получила молдавский паспорт. И мама её, которая была родом из России, тоже. И лизин брат.

Пришла Лизе пора поступать в университет. Но не тут-то было. Поскольку Лиза была русскоязычной и ещё с русской мамой, то её автоматически считали русской. Чужой. Неродной. А таким в молдавский университет поступать было очень трудно и только за большие деньги. Лизе пришлось учиться в другой стране.

Вот вернулась наша Лиза домой с дипломом и поняла, что делать ей в родной стране нечего. Всем она здесь чужая, не своя, «русская».  И Лиза решила поселиться в России. Может быть, там, думала Лиза, меня примут, наконец, в свои?

Приехала Лиза в Россию и поняла, что здесь она тоже чужая. В Молдавии – русская, в России – молдаванка. Несмотря на чистейший русский язык и русскую маму.

 

-Какая же ты русская? С такой-то фамилией? – говорили Лизе.

 

Так Лиза стала мигрантом. И никакой разницы между ней и едва разговаривающим по-русски таджиком Россия не делает.

 

 

 Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

 

Жить и работать в России легально мигранту практически невозможно. Временная регистрация, которую получить относительно легко, даёт право на трёхмесячное пребывание в России и не даёт права на работу. Для получения разрешения на работу надо зарегистрироваться уже на год.  Даже если у мигранта  есть сердобольные родственники, то из-за путаницы понятий «регистрация» и «прописка», они могут побояться прописать приезжего. Квартира, знаете ли, дороже родственных связей.  После получения разрешения на работу, мигрант должен получить разрешение на временное проживание. Это снова регистрация, минимум на год. Потом – вид на жительство. Регистрация на 5 лет. И только после 5 лет примерного поведения (по закону, мигранта могут депортировать и лишить права въезда в страну даже  за лёгкое административное правонарушение, например, дорогу перешёл в неположенном месте) мигрант получит гражданство. При условии, что ему есть где зарегистрироваться.

Однако регистрация это ещё не всё. Каждый год правительство выделяет на мигрантов так называемую квоту. Другими словами, какое количество граждан иностранных государств чиновники согласны легализовать. Квота с каждым годом становится всё меньше и меньше. А число мигрантов, как вы сами можете заметить, не уменьшается. Мало того, большая часть квоты выбирается многочисленными агентствами, которые потом торгуют ею втридорога. Квоту мигрант может ждать годами. И не дождаться. Выход есть: нарушить закон и фиктивно жениться, дать «на лапу чиновнику» или заплатить агентству. Система выстроена так, что вынуждает мигрантов к нелегальному проживанию и нарушению закона.  Потому что это выгодно.  Если ты нарушил закон, любой, даже самый мелкий чиновник, может тебя контролировать и вытряхивать деньги. Всё больше и больше денег.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

«Наша миграционная политика – неэффективна на сегодняшний день. Количество мигрантов регулируется системой квотирования. Загодя, практически за год, решается, сколько человек необходимо принять в страну, и квота заведомо носит ограничительный характер. Такие квоты способствуют росту теневой экономики, рабскому труду, поскольку большая часть мигрантов, не вписавшихся в квоты и пополнившая ряды нелегалов, живёт со страхом депортации» (Никита Мкртчян, ведущий научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ).

В большинстве случаев мигрант обращается в агентство. Таких агентств, пристраивающих горемычных мигрантов, пруд пруди.  Чем легальнее документы, тем больше надо заплатить. Регистрация в Санкт-Петербурге стоит от 60 тыс. В Ленинградской области – от 35 тыс. руб. Оформление разрешения на временное проживание — от 25 тыс. руб. Медицинский осмотр (он тоже, конечно же, небесплатный) – 2500 руб. В общем, каждый шаг и каждая бумажка для мигранта стоит денег. В общей сложности, получение разрешения на временное проживание обошлось Лизе примерно в 100 тыс. руб.  Гражданство будет стоить примерно столько же.  Если посчитать, легализация будет стоить Лизе около 300-400 тысяч рублей. Мигрант по умолчанию должен всем, кто имеет хоть небольшую власть. Просто потому, что у него нет надлежащего паспорта.

-Мне ещё повезло. На улицах полицейские не останавливают. Европейская внешность спасает, — говорит Лиза и суеверно стучит по столу. – Иначе бы на каждом углу полицейские дань взимали.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

 

Чтобы получить легальные документы, нужны деньги. Чтобы заиметь деньги, нужно работать. Чтобы работать, нужны легальные документы. Замкнутый круг. Без документов мигрант не заработает денег, без денег мигрант не получит документов. Работодателю нанимать легального мигранта невыгодно. Во-первых, хлопотно. Во-вторых, затратно. Ставка НДФЛ на иностранного гражданина, если он находился на территории России менее 183 дней в течение года, – 30%. Традиционные 13% платят только за высококвалифицированных специалистов. Выгоднее платить за иностранного работника «дань» ФМС и налоговой. А взамен получить работника, который будет держаться за свою работу зубами. И будет тебе благодарен за любую, пусть самую маленькую зарплату. Драконовские штрафы – 850 тыс. рублей (вот сколько стоит лизина голова по российским законам) за нелегального иностранного работника — никого не останавливают. Ничего не изменилось со времён Салтыкова-Щедрина: «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения».

«Единственный способ стать «правильным» мигрантом — нарушить закон. Устроиться нелегально и сколотить капитал на покупку легальной квоты», — признаётся гражданка Украины, которой тоже пришлось пройти все круги бюрократического ада.

Так что первые годы мигрант работает нелегально. Иного выхода – кроме нелегальной работы — российские законы ему попросту не оставляют.  Фактически, мигрант находится на положении крепостного, на котором наживаются работодатели и чиновники.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

-А потом в газетах печатают устрашающую статистику: количество мигрантов в России составляет около 11 млн. Второе место после США. А нелегальных в разы больше. Неудивительно – легализуются самые изворотливые и нечестные, — говорит Лиза.

Руководитель одного из таких агентств, пристраивающих горемычных мигрантов, признался, что зарабатывает на своём бизнесе отнюдь не бешеные деньги. Основная часть денег идёт на взятки сотрудникам паспортных столов. В Ленинградской области выдача документов мигрантам давно превратилась для чиновников в весьма прибыльный бизнес. Решение вопроса «примут-не примут» зачастую зависит не от количества и чистоты документов. Оно зависит от настроения и желания принимающего сотрудника. Бюрократическая процедура оставляет массу возможностей для придирок. Захотел сотрудник – и «не заметил» отсутствия какой-нибудь бумажки. А если мигрант чиновнику не понравился, то чиновник придерётся даже к пропущенной запятой. Власть чиновника ничем не ограничена, он волен буквально казнить и миловать. Мигрант абсолютно бесправен.

 

 Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

«Нужно будет обеспечить миграционный приток на уровне порядка 300 тысяч человек в год. В первую очередь за счёт привлечения на постоянное жительство в Россию наших соотечественников, проживающих в ближнем и дальнем зарубежье, квалифицированных иностранных специалистов, перспективной молодёжи…» В. Путин.

А что в реальности? Для Лизы (при том, что она наполовину русская, имеет высшее образование, родилась  в бывшем СССР и относится к «перспективной молодёжи») получить документы подчас было сложнее, чем едва разговаривающему по-русски таджику. Повторяю: никаких различий между Лизой и таджиком российские законы не делают. Лизе, хрупкой девушке, пришлось наравне с крепкими таджикскими мужчинами выстаивать многочасовые очереди на медицинский осмотр. Выдача заветного разрешения на временное проживание превращено в унизительный квест. Мигрантов загоняют в коридор, огороженный железными прутьями,  и не выпускают часами. Даже в туалет. Поэтому некоторые приходят в памперсах.

-Мне ещё повезло, — снова говорит Лиза. – Я девушка. Женщин меньше и их пропускают отдельности. Представляешь, мне даже экзамен по русскому языку придётся сдавать. Это мне, для которой русский,  – родной язык. Я пишу и говорю грамотнее многих «настоящих» русских.  Да ладно я, — продолжает она. – Моя мать, которая – на минуточку! – родилась в России, тоже имеет ровно столько же прав, как и таджик. Ей 60 лет и она точно так же стоит в очередях, проходит медицинские осмотры и сдаёт отпечатки пальцев, как преступник. То, что она родилась в России и по чистой случайности оказалась гражданкой Молдавии, никакой роли не играет. Законы уравнивают всех, под одну гребёнку.

К слову, лизин брат уже имеет российское гражданство. Ему повезло попасть в маленькую дырочку, оставленную законодательством, и легализоваться в упрощённом порядке. Законы РФ не делают послаблений пенсионерам с иностранным гражданством, которые находятся на иждивении у своих взрослых детей.  Миграционное законодательство являет собой яркий пример равенства, без оглядки на возраст, пол, происхождение и образование. Извольте в очередь вместе с таджиками! Так и живёт семья: половина – граждане одной страны, половина — другой.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

-Конечно, мигрантов нужно фильтровать, — рассуждает Лиза. – Многие не хотят оставаться в России, а только заработать денег. Для узбеков или таджиков заработки в России стали эдаким обрядом инициации. Повзрослел – поезжай в Россию, поработай, стань настоящим мужчиной. Таким достаточно рабочей визы на год или пять лет, к примеру. Таких, как я или моя мать, нужно отсеивать с самого начала. Тем более, нас осталось немного. Мы – остатки волны мигрантов 90-х.

«..в случае бывшего Советского Союза речь идет о людях, которые были внутренними мигрантами и превратились в международных, никуда не выезжая, только в результате появления новых границ. (…) речь идет, в основном, о бывших гражданах СССР, родившихся за пределами РСФСР, в одной из союзных республик, хотя и относящихся к коренным этносам России. Сюда входят, например, дети целинников, родившиеся в Казахстане, дети военнослужащих, служивших в разных республиках Союза, чеченцы, ингуши и представители других репрессированных народов, родившиеся в депортации в Казахстане и Средней Азии и т.д. В то же время, в «накопленное число мигрантов» не попадают люди, родившиеся в России, но выезжавшие из нее, жившие за ее пределами (те же военнослужащие, специалисты, ехавшие по назначению и т.п.), а теперь вернувшиеся и действительно проходящие как мигранты.» (Анатолий Вишневский, руководитель Центра демографии и экологии человека при Институте народнохозяйственного прогнозирования РАН).

 

И таких людей, после развала СССР вдруг проснувшихся мигрантами, ещё очень много. Сотни семей оказались буквально разделёнными границами, и мать не может переселиться к сыну, а сестра – спокойно навестить брата. Возможно, понадобятся десятилетия и очень бережные законы, чтобы окончательно разорвать пуповину, которая связывает РФ с бывшими советскими республиками.

 

Проблема миграции в России стоит очень остро. На первый взгляд, чиновников упрекнуть не в чем: практически каждый год принимаются всё новые и новые прекрасные поправки в миграционное законодательство. В 2012 году Путин предложил ввести упрощённое получение гражданства тем, кто родился в бывшем СССР или является прямым потомком родившихся в СССР. Однако в законе такое количество ограничений и оговорок, что ни Лиза, ни её мать под действие закона не попадают.

Благие поправки в миграционное законодательство быстро превращаются в профанацию и ещё один источник заработка для чиновников. Взять хотя бы тот самый обязательный экзамен на знание русского языка. Официально экзамен стоит 5 тыс. рублей. Неофициально – меньше. Проще дать «на лапу» и получить аттестат, чем сдавать тест в официальном порядке.

Лиза слабо верит в какие-либо улучшения в законодательстве. Реально заниматься проблемой миграции никто не собирается. Дело в том, что существующее положение дел – миллионы нелегальных мигрантов – выгодно всем, несмотря на растущее общественное недовольство. На мигрантах процветает прибыльный бизнес чиновников, работодателей и полицейских. Последним выгодно, чтобы мигранты оставались нелегалами и бесправными рабами. Им выгодно подогревать ненависть россиян к мигрантам, потому что ежедневный страх помогает держать рабов в узде.

 

Мигранты в России: преступники или жертвы?

 

Недовольство россиян наплывом мигрантов возрастает. В этом году будут приняты очередные ужесточающие поправки в миграционное законодательство. Поэтому Лизе нужно спешить. Пока не ввели визовый режим. И тогда и Лиза, и её мать потеряют всякую возможность жить в стране, которую они по праву считают своей. Но которой они не нужны.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Факты мира
Комментариев: 2
  1. таня

    странно, что никто не прокомментировал статью. мы постоянно заботимся о чужих гражданах и условиях жизни, в которых они проживают — пример тому украина. но свои люди, оказавшиеся за границей — брошены на произвол судьбы, мало того, на них наживаются все, кому не лень. а ведь на их месте могла оказаться любая семья из тех, кто теперь считает себя «паЦриотом». надеюсь, у лизы все получится.
    а вообще интересно, бывшие союзные граждане стремятся в россию, а наши граждане (если могут позволить себе) — за дальний рубеж. в европу, австралию, америку. как все относительно.

  2. KrasnoYarsk-land.ru

    «Мигранты: преступники или жертвы»
    Преступники они или жертвы — для русского народа, это не тот ракурс проблемы, на который надо обращать внимание.
    И преступников, и жертв надо просто не пускать в Россию.
    В России своих жертв хватает и преступников тоже.

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector